Что делать?
18 октября 2018 г.
Ты гражданином быть обязан!

Большинство россиян хотят быть подальше от политики. Мол, мы люди маленькие, меньше возникаешь – дольше проживешь. Жили бы они в древних Афинах, их бы точно наказали атимией – публичным бесславием, бесчестием, презрением, лишением прав гражданского состояния. Человек, подвергшийся атимии, не имел права выступать в Народном собрании, занимать должности, служить в армии, участвовать в Олимпийских играх. Столь суровой была кара за неучастие в политике. Закон требовал, чтобы во время волнений и междоусобиц граждане примыкали к одной из борющихся партий. Это требование позволяло избежать продолжительных смут и захвата власти энергичным меньшинством, которое пользовалось политической пассивностью горожан. В Греции человека, избегавшего участвовать в общественной жизни, называли «идиотос». Для древних греков наш пофигизм – признак неполноценности.

Российское общество много веков зиждется на пассивности людей, управляемых своекорыстной элитой. Те, кто пытались отстоять свои интересы, в глазах современников выглядели опасными смутьянами: что господам можно, то холопам запрещено. По сути и сегодня живо представление, будто верховная власть не от нас, а от Бога или, лучше сказать, она — наместник Бога на земле. При этом царь (президент) хорош, а бояре (губернаторы и министры) плохие. В России люди привыкли ругать власть на кухнях, царю (президенту) писать челобитные. 

В том, что мы ощущаем себя холопами, виноваты мы сами. Это мы даем взятки гаишникам и врачам, превращаем леса в свалки, игнорируем законы, не боремся за свои права. Мы миримся с подтасовками на выборах, репрессивными законами и заказными приговорами судов. Мы не сумели создать в России политическую конкуренцию – единственное эффективное лекарство от системной коррупции (при свободных СМИ и телевидении). Мы не формируем новые независимые от власти партии и не работаем в тех, что уже созданы. Почему?

Власть такова, какой ей позволяет быть наш народ. Не стоит думать, что люди во власти какие-то особенные – разве что пошустрее и понахальнее. Все – не святые, все гребут под себя, и министры тоже. Нет контроля со стороны настоящей оппозиции – воровство денег налогоплательщиков не остановить. А если народ не хочет контролировать свою власть, не способен утвердить порядки, при которых не будет произвола и воровства, то получает то, что заслужил. Из России нашими казнокрадами вывезено столько денег, что каждой семье хватило бы на новую квартиру. А мы молчим, боимся, не участвуем в митингах протеста (даже согласованных с авторитарной властью). Холопы мы! 

В демократических странах общество ответственно за власть любого уровня. Там есть политические институты, традиции и практики, которые позволяют людям воздействовать на власть, корректировать ее поведение и смещать неугодных правителей. Почитайте, как контролируется власть в Финляндии, Швеции, Германии. Но наша авторитарная власть такие институты придавила еще в зародыше, обозвало «иностранными агентами», активистов посадила. Но разве это отменяет ответственность народа за происходящее в стране? Ведь долг гражданина – противостоять авторитаризму, который уничтожает народовластие, лишает людей политических прав, обрекает их на нищету. 

Опросите знакомых, и вам скажут, что у нас гражданский долг требует исполнять законы и законные распоряжения власти даже тогда, когда нам самим это невыгодно. Требует лояльно относиться к государству, поддерживать и чуждых нам политиков, даже если они избраны с подтасовками на нечестных выборах. А в цивилизованных странах именно гражданский долг побуждает не только контролировать власть, но и в жизни вести себя иначе. Свидетель недостойного поведения водителя, который выбросил из окна пустую пачку от сигарет или пересек сплошную полосу, тут же сообщает номер его автомобиля дорожной полиции. Он кто – доносчик или гражданин, борющийся за чистоту?

Выходит, гражданский долг у нас и в Европе понимается по-разному. Европейская традиция долга основана на демократических ценностях и предполагает противостояние тирании. В азиатской традиции, которая много старше европейской, любое противостояние деспотической власти трактуется как преступление, да и само понятие гражданского долга утрачивает смысл, поскольку исчезают граждане. Их место занимают рабы, холопы, смутьяны, неразумная чернь.

В европейском понимании гражданского долга общество ответственно за власть. Для традиционно русского сознания, наоборот, сакральная власть ответственна за общество в целом и за каждого подданного (напоить, накормить, дать работу, оборонить от особо рьяных мздоимцев и напористых инородцев). При таких представлениях гражданский долг есть долг подданного по отношению к власти. Слово «гражданский» здесь – не более чем слова, заимствованные нами у европейцев, по сути, у нас речь идет о долге верноподданного.

При деспотической традиции не существует осознанной ответственности подданных за политику власти. И это естественно: люди не могут отвечать за своих богов, грозного правителя они воспринимают как стихийное бедствие, которое надо претерпеть. Другого осознанного выхода в рамках этой традиции нет.

В основе афинской демократии, напротив, был культ тираноубийц Гармодия и Аристогитона, который проходит через всю европейскую историю. Гармодий и Аристогитон в 514 году до н.э. организовали заговор против тирана Гиппия, но сумели убить только его брата Гиппарха. Гармодий был убит на месте преступления охраной. Аристогитон скрылся, позже его схватили, пытали, но он не выдал сообщников, а оговорил приближенных тирана. После свержения тирании Гармодий и Аристогитон почитались как величайшие национальные герои. Им поставили статую в Акрополе. Потомки героев были освобождены от повинностей и пользовались почестями. Сколий (застольная песнь) «Гармодий» в честь тираноубийц стала неофициальным гимном афинян.

Представить себе нечто подобное в России невозможно. В истории Московской Руси с греческими тираноубийцами можно сопоставить убийц князя Андрея Боголюбского. Он был тираном, насаждал автократический стиль правления, разрушал демократические традиции, идущие от Киевской Руси, когда власть князя была ограничена городским вече, советом дружины и другими институтами раннегосударственной демократии. 

Православные календари сообщают, что «святой и благоверный князь Андрей принял мученическую кончину от руки изменников в своем Боголюбском замке». Правда, после убийства князя замок был дочиста разграблен и сожжен восставшим народом. Характерно, что русская история не стремилась сохранить имена участников заговора против тирана. Летопись называет отдельные имена, а дореволюционные учебники истории обходились собирательным словом «дворня». За убийством князя последовала показательная казнь заговорщиков, их трупы утопили в Поганом озере. 

Из этих историй можно извлечь урок. Если после убийства тиранического правителя побеждает демократическая традиция, то он объявляется тираном, а его убийцы – героями. Если утверждается деспотическая традиция, тиран объявляется мучеником, а его убийцы – злодеями и преступниками. 

Ни один политический режим, ни одно правительство не равны народу. Правительства приходят и уходят, народы остаются. Интересы нации шире и значимее установок зашедшего в тупик авторитарного режима, который стремится утянуть народ в пропасть. В своей демагогии авторитарные лидеры представляют борьбу с диктаторским или авторитарным режимом как борьбу с народом и государством. То, что это ложь, в критические моменты истории становится понятно даже самому верноподданному обществу. Оно самоорганизуется и меняет в стране порядки. Вопрос только в том, когда это наступит в России?

Петр Сергеевич Филиппов, Игорь Григорьевич Яковенко

Иллюстрация Grekoline.ru













РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
За и против коммунизма
18 ОКТЯБРЯ 2018 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Кадры решают все
1 ОКТЯБРЯ 2018 // ВИКТОР ШЕЙНИС
Наблюдая за деятельностью своего предшественника сначала издали, а потом постепенно приближаясь к трону, Путин твердо усвоил, что высокие рейтинги – вещь зыбкая и преходящая, что не только на них зиждется власть. Для выработки, а затем и реализации курса практической политики требовалась команда. Ее формированием он начал заниматься, находясь еще на подступах к президентству. «Путин благодаря своей восприимчивости легко входит в любую систему людей, даже в совершенно новых для него условиях, – пишет один из его биографов. – У него очень хорошо развита интуиция, которую он использует в ходе подковерных игр».
Указ 1400 – причины и следствия
27 СЕНТЯБРЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Для тех, кому сегодня лет сорок, события 1993 года, роспуск Советов и принятие новой Конституции России – нечто древнее и малопонятное. В тот год они были молоды, у них были другие интересы. Между тем, знать новейшую историю своей страны, ошибки и промахи ее лидеров – полезно. Ведь не зря говорят: на ошибках учатся! После подавления путча ГКЧП в августе 1991 года исполнительная власть в России перешла в руки реформаторов. Были сделаны первые радикальные шаги по переходу к рыночной экономике. 2 января 1992 г. освободили цены, в феврале того же года по предложению ленинградцев приняли Указ о свободной торговле, позволивший россиянам распродавать на площадях  запасы дефицитной туалетной бумаги, бритв и прочего дефицита. Утвердили программу приватизации и начали передавать в частные руки  магазины, кафе, мастерские. Сокращение военных расходов привело к закрытию многих оборонных предприятий и сделало безработными сотни тысяч людей. Инфляция съедала сбережения и снижала реальные доходы.
Мнимое разделение властей
27 СЕНТЯБРЯ 2018 // ТАТЬЯНА БОЙКО
Интервью с Михаилом Красновым, помощником Б. Н. Ельцина по правовым вопросам в 1995–1998 годах:…  Правила, заложенные в Конституцию, и сегодня во многом определяют нашу жизнь – с ее гигантским государственным произволом. Именно там содержатся ответы на актуальные ныне вопросы: где у нас разделение властей? Почему в стране существует «главный начальник», а другие властные институты «сдулись»: нет ни подлинного парламента, ни независимой судебной власти? – Что было «не так» в Конституции, принятой, как иногда выражаются, «на высокой демократической волне»?– Не только на демократической волне, но и в результате наступившей у демократов эйфории появления чувства победителя, который теперь определяет правила игры и которому уже никто не мешает.
И нам нужна подотчетность власти!
24 СЕНТЯБРЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Рабочему не придет в голову требовать у директора отчета о расходах, прибылях или убытках – ведь он человек наемный. Но у членов садоводства есть  право и желание знать, на что правление потратило их взносы. Так и мы, граждане России, имеем право знать, на что и как правительство тратит наши налоги и доходы от экспорта природных ресурсов. Какие зарплаты у министров и директоров государственных компаний? Откуда у них дворцы и яхты?
В стране победившего ресентимента
20 СЕНТЯБРЯ 2018 // МИХАИЛ ЯМПОЛЬСКИЙ
Дайджест статьи: Михаил Ямпольский. В стране победившего ресентимента // COLTA.RU. 6.10.2014 Изменение сознания широких масс россиян за последние десятилетия  внушает ужас. Происходит вулканический рост агрессивности  и отказ от признания реальности, погребенной под идеологическими фантазиями. Подобные явления обычно списывают на  обработку народа официальной телевизионной пропагандой. Это многое объясняет, но не все. Не любое общество можно распропагандировать в короткие сроки и до такого состояния. Чтобы пропаганда была эффективной, она должна соответствовать бессознательным устремлениям населения.
10 правил бюрократического выживания
11 СЕНТЯБРЯ 2018 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В современном обществе не обойтись без чиновников, без бюрократии. Это становится понятным, если представить граждан в роли акционеров своего государства. Да, акционеры – на фирме главные, они собственники. Но им приходится нанимать  профессиональных менеджеров, чтобы  управлять производственными процессами, сбытом и закупками. Без них не обойтись, но контролировать их надо очень жестко. Иначе все разворуют.
Какая дорога ведет к счастью?
30 АВГУСТА 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Условием человеческого счастья является достаток. Только достичь его можно по-разному. С древних времен достаток был у того, кто обладал властью или был близок к власти. А значит, мог обложить данью соплеменников  или покоренные племена. От трудолюбия, знаний, изобретательности и  предприимчивости толку было мало, все равно властвующие бандиты придут и  отберут. А вот владение оружием, умение одолеть врага насилием или  хитростью и умение обмануть доверчивых приносило власть имущим немалый доход. Эти  аморальные ценности прочно закрепились в культуре древних и отсталых народов. Кто был счастлив в богатстве: пришлые варяги-разбойники или славяне-земледельцы? Татаро-монгольские завоеватели или городские ремесленники? Царь с опричниками или рабы-крепостные?
Законность — базовая ценность либерализма
20 АВГУСТА 2018 // АРКАДИЙ ПРИГОЖИН
Трудно сосчитать число выпадов и проклятий в адрес «проклятых либерастов» на страницах официальной прессы. Порой даже трудно объяснить степень этой ненависти. Профессор, д.ф.н. А.И. Пригожин популярно объясняет ее причину: несовпадение культурных ценностей. У одних это приоритет права, законности, у других — верховенство последних указаний вождя, царя или падишаха. Либерализм и его социальная разновидность есть идеология. Идеология базируется на ценностях. Ценности можно разделить на идеалы и идеологемы. Идеалы — это ценности сами по себе. По отношению к ним невозможен вопрос «зачем?» Скажем, справедливость, здоровье, счастье и т. д.
На пути к Великой депрессии
14 АВГУСТА 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по статье Павла Усанова «Непреднамеренные последствия социального патернализма» Благими намерениями дорога в ад вымощена. Когда последствия ошибочных решений сказываются на жизни одной семьи, то для всего общества это незаметно. Но когда само общество, т.е. многие миллионы людей впадают в трагическое заблуждение, это приводит к тяжким результатам. Россияне, поверившие в коммунистическую утопию уравниловки с ее лозунгом «от каждого по способностям, каждому по потребностям», столкнулись с нищетой, тотальным дефицитом, Голодомором, террором ВЧК-НКВД и миллионами сгинувших в ГУЛАГе. Наивно думать, что это последняя большая ошибка в истории человечества. Нас ожидают непреднамеренные последствия от вмешательства государства в рыночные отношения (т.е. интервенционизма — деформирования властями рыночной экономики), от быстрого роста численности чиновников и влияния на нашу жизнь корыстной бюрократии.